Недавно мэр города Михаил Добкин начал массированную атаку на бизнес-структуры народного депутата от БЮТ Александра Фельдмана. Цель кампании – вытеснить из города бизнес-структуры Фельдмана и скомпрометировать его в глазах харьковчан. Очевидно, что Добкин, как и его заместитель Геннадий Кернес осознают, что после досадной гибели Евгения Кушнарева именно Фельдман может стать наиболее авторитетной фигурой Харькова. Если же учесть, что за год правления Добкина харьковчане успели настолько разочароваться в нем, что уже требуют досрочных выборов мэра, то беспокойство городских властей вполне понятно. Можно сказать, что атаковав Фельдмана, они не только дали старт избирательной кампании перед выборами в ВРУ, но и совершили фальстарт избирательной кампании к досрочным выборам мэра.

Ситуация в Харькове имеет все черты нарастающего общественно-политического кризиса:

Во-первых, местная власть в лице Добкина-Кернеса умудрилась разрушить шаткий баланс интересов в регионе. Проще заниматься анализом того, как это равновесие держалось ранее (прежде всего за счет крупных фигур на Киевском Олимпе), чем сегодня пытаться предугадать, как ситуация может вернуться в прежнее русло.

Во-вторых, налицо как массовое, так и корпоративное недовольство действиями местных властей. Массовое – по поводу самых высоких в Украине тарифов на услуги ЖКХ. Корпоративное – сначала года мэрия аннулировала свыше 200 разрешений для затройщиков, потом неприятным сюрпризом для малого бизнеса стал снос ларьков, потом начались силовые акциии в отношении группы «Таргет», теперь – наезды на многотысячную армию торгового предпринимательства и компанейщина по зачистке всего политически чуждого бизнеса в городе. По последней информации, Горсовет инициирует проверки уже не только бизнеса группы компаний Концерна «АВЭК», за которой стоит депутат от БЮТ Александр Фельдман, но и хлебзавода «Салтовский», имеющий отношение к Андрею Руденко - руководителю фракции НСНУ в Горсовете.

В-третьих, сама харьковская общественность начинает переходить от пассивного недовольства к открытой поддержке оппозиции в городе.

В-четвертых, конфликт в Харькове ложится в канву более фундаментальных политических тенденций, связанных с формированием двухпартийных режимов власти в регионах, подготовкой к «региональному этапу» политреформы (открытые партийные списки, выборность губернаторов, вторая палата парламента – сегодня эти идеи озвучиваются) и борьбой за симпатии востока между крупнейшими политическими силами Украины – БЮТ и ПР.

Сценарии дальнейшего возможного развития событий выглядит примерно так:

- полномасштабные акции протеста, итогом которых станет кампания за досрочные выборы в горсовет и отставку мэра;

- региональная политическая война, итогом которой может быть обращение к Президенту и силовым структурам от имени общественности и политических сил и которая закончится введением сил правопорядка в Харьков и жестким восстановлением законности под эгидой СНБОУ;

- прямое предвыборное столкновение лидеров БЮТ и ПР на харьковской региональной площадке в стилистике «Мукачево-2003»;

- если пропрезидентские силы победят нынешнюю коалицию на досрочных выборах, то местные власти Харькова, за все свои «достижения» (русский язык, Голодомор, притеснение оппозиции, неподчинение Президенту, аферы с муниципальной собственностью) наверняка станут объектом «Нюрнбергского трибунала по-украински»;

Очевидно, что оппозиция наберет политические очки в этом конфликте. А они могут стать решающими на грядущих досрочных выборах. Однозначно также и то, что конфликт не завершится до выборов, а его остроту может снизить только стабилизация на центральном уровне, а также на кадровом уровне Прокуратуры и МВД.

В любом случае, нынешнее противостояние закончится «выбыванием» кого-то из нынешних участников конфликта: либо будет смещена команда Кернеса-Добкина, либо будут выдавлены оппозиционные лидеры и их бизнес (Фельдман, Аваков).

Выходом из ситуации могло бы стать открытое обсуждение «нулевого варианта» и достижение компромисса. Но искусство компромисса – это не только проблема харьковской региональной элиты, но и национальной элиты в целом.